В храме Софии царила тишина. Князь Александр, в последний раз подняв взгляд на расписной купол, развернулся и медленными, тяжелыми шагами направился к выходу. Сердце его было залито едкой горечью, не дававшей ему покоя ни днем ни ночью – кругом враги, недруги кругом... И лишь тут, в Святой Софии, в душе его огоньком затеплилась надежда. Нельзя было больше ждать. Во дворе храма стояла дружина, в напряженной тишине дожидаясь полководца. Князь медленно ступил на каменные ступени. С минуту он стоял в тишине, взгляд его касался камней под ногами. Вдруг молодой князь поднял голову. Взгляд ясных глаз стал острее стали, в них зажглись искры огня, и огонь этот был священным. - Умрем за Святую Софию и вольный Новгород! Умрем за Святую Троицу и вольный Псков! Зане у русичей нет судьбы иной, чем боронить свою землю Русскую, православную веру христианскую! – прокатился громом голос князя над войском. Все, как один, воскликнули «Слава!». Ни у одного не было теперь сомнений, что победа – на стороне русичей. Хоть на дворе и стояла весна, Чудское озеро все еще было скованно льдом. Лучники, стоявшие в центре отряда, бросали свои взоры на обрывистый берег озера, крутой и извилистый. Почему светлый князь выбрал именно это место? Хоть воины и шептались недоуменно, они все же верили, что как бы ни был молод Александр Ярославич – всего двадцати двух лет отроду – ничего бы зря не сделал. Конница ливонцев, прикрывающая кнехтов, стоявших в центре отряда, выстроившись в клин, ринулась в бой. Началась битва, жестокая и беспощадная. Наконец рыцари прорвали отряд русичей. Теперь их начищенные шлемы блестели темным серебром у крутого берега озера. Этого-то и ждали русские воины. Ведомые призывом Александра Ярославича, полки правой и левой руки храбро бросились к флангам крестоносцев, не ожидавших такого исхода. В тылу рыцарей под ржание лошадей свистела сталь – подоспела из засады княжеская конная дружина. Неспособные сопротивляться, ливонцы обратились в бегство. Дико ржали взмыленные лошади, испуганно гарцуя. Крестоносцы были оттеснены русичами к озеру – теперь и конница, и кнехты стояли на льду. По прозрачной глади то тут, то там стали пробегать трещины – ледовая корка не выдерживала тяжести стольких конных воинов, одетых в тяжелые доспехи. Один за другим ливонцы с криками проваливались под лед, теряя щиты и копья, забывая про лошадей и товарищей;, те, кто чудом смог спастись, бежали, не желая разделить участь тех, кто остался под водой или окровавленным лежал на поле боя. - Победа, княже! – крикнул кто-то из конной дружины, потрясая копьем. К нему присоединились и другие, и теперь каждый радостно восклицал: – Слава светлому князю, вовеки слава! - Не мне слава,. – с печальной улыбкой тихо произнес князь. – Богу слава, Богу… Похлопав взмыленную лошадь по холке, Александр Невский устремил взгляд вдаль. Вот и спасена русская земля, вот и устояли русичи перед теми, кто посягал на веру православную и на Русь Святую. Ни одного сражения не проиграл на своем веку светлый князь, но самое прославленное одно – битва на Чудском озере, которую назовут Ледовым побоищем, тот день и час, когда князь Александр Ярославич Невский спас землю русскую и веру православную от рыцарей Ливонского ордена.